В единстве с Богом!
Поиск






Пролог

вернуться

13 марта 2014
13 марта - день памяти преподобного Иоанна Кассиана Римлянина


Уроженец Галльской области Западной Римской империи, преподобный Иоанн Кассиан, именуемый из-за своего происхождения «Римлянином», много времени провел на христианском Востоке. Он изучал аскетическую жизнь в самой колыбели монашества — Египте, а затем перенес ее традиции на родину, таким образом став связующим звеном христиан Запада и Востока.

Преподобный Иоанн Кассиан родился около 360 года на юге современной Франции, в Марселе. В юности он прибыл в Палестину и принял монашество в Вифлеемском монастыре. Спустя два года, вместе со своим духовным другом монахом Германом он отправился в монастыри Египта, славившиеся строгостью своих уставов и святостью насельников. О своем друге-сотаиннике преподобный Кассиан позже написал: с ним «у меня с самого начала монашеской жизни, с первых опытов духовного воинствования было нераздельное пребывание как в киновии (общежительном монастыре.—Ред.), так и в пустыне, так что все для означения дружества и одинакового намерения нашего говорили, что в двух телах находятся один ум и одно сердце».

Святость жизни египетских подвижников настолько пленила Кассиана и Германа, что те готовы были навсегда остаться среди них, и лишь данное в Вифлееме обещание о скором возвращении понудило их оставить Египет. Тем не менее, в Египте они провели целых семь лет, а возвратившись в Вифлеем, вскоре снова ушли в монастыри Фиваиды и Скитской пустыни.

В 400 году Иоанн Кассиан и Герман отправились в Константинополь, чтобы увидеть и услышать знаменитого учителя Церкви святителя Иоанна Златоуста, слава о котором распространялась везде. Святитель рукоположил Кассиана в диакона, а Германа, как старшего возрастом, в священника. Когда враги Златоуста подняли на него гонение, преподобный Кассиан и Герман были введены в состав делегации, направленной в Рим к папе Иннокентию с ходатайством о защите невинного изгнанника и страдальца. Миссия эта не увенчалась успехом — Златоуст был отправлен в ссылку. Более того, опала обрушилась и на всех друзей святителя. Потому преподобный Кассиан, посетив еще раз восточных подвижников для закрепления в сердце их наставлений, вернулся в свои родные края — в Марсель, в область Римского папы, где был посвящен во пресвитера и где завершил свои земные дни в 435 году.

Недалеко от города Массилии преподобный Кассиан основал два первых монастыря — мужской и женский — по правилам палестинских и египетских киновий. Вследствие этого его относят к первым основателям монашества в Галлии.

Результаты своих исследований монашеской жизни Египта преподобный Кассиан изложил в книгах. Его «Собеседования Египетских подвижников», «Постановления общежительных монастырей» вошли в сокровищницу святоотеческой литературы, представив западному монашеству полное изложение аскетики подвижников Востока. Давно они известны и на Руси. На них ссылался, например, преподобный Нил Сорский (ум. В 1508), поучения преподобного Иоанна Кассиана вошли в славянское и русское Добротолюбие, его мнения по разным вопросам духовной жизни приводили в своих сочинениях святители Игнатий Брянчанинов, Феофан Затворник и многие другие.

Целью христианского подвижничества для преподобного Иоанна Кассиана является Богообщение, для достижения полноты которого необходимо искоренение душевных страстей.

Искоренение начинается с малого — с упорядочивания внешнего поведения, чему Иоанн посвятил четыре книги. Интересны его рассуждения о том, как должен монах одеваться: «Одежду монах должен иметь такую, которая бы только покрывала наготу и защищала от холода, и избегать одежды, которой можно тщеславиться и гордиться, какова есть одежда цветная, щегольская и сшитая с особенным искусством. Но и не должна одежда быть неопрятной от небрежности. Она должна быть отлична от одежды мирян, однообразна с той одеждою, какую носят все рабы Божий. У рабов Божиих то почитается излишним или источником гордости, тщеславия, а потому вредным, что употребляют не все, а только один или немногие. Потому чего не было у древних святых или нет у отцов нашего времени, не нарушающих древние обычаи, то и не следует принимать, как излишнее и бесполезное. На этом основании отцы не приняли вретища (Грубая одежда из мешковины (Прим. ред.)), как слишком бросающегося в глаза, — чем оно не только не доставляет никакой пользы духу, но еще может возродить надменность и сделать монаха неспособным к его делам. Что касается того, что некоторые известные мужи носили его, то из этого не следует выводить общего монастырского закона и не следует нарушать древних представлений святых отцов. Ибо нельзя предпочитать частный поступок общему согласию. Мы должны беспрекословно повиноваться не тем правилам и уставам, которые определены немногими, а тем, которые существуют с древних времен и утверждены многими святыми отцами. Поэтому не может нам служить законом то, что царь израильский носил вретище (4Цар. 6,30), или то, что ниневитяне, услышав от пророка Ионы об определенной им казни, оделись во вретище (Иона 3,5); у царя израильского вретище никто не увидел бы, если бы он не разодрал верхней одежды, а ниневитяне оделись во вретище тогда, когда никто не мог тщеславиться этим одеянием».

Желающий вступить в монастырь должен подвергнуться испытанию в искренности его намерения, считает преподобный Кассиан. Надлежит проверить, нет ли у вновь вступающего желания сохранить в своей келлии что-либо из своего прежнего имущества. «В иных монастырях это правило столь строго соблюдается, — пишет Иоанн, — что ...считается большим преступлением для монаха говорить: это моя книга, моя письменная доска, мой грифель, моя одежда, мои полусапоги. За это он должен принести покаяние, если случайно, по неосторожности, или по неведению произнесет такое слово... Если даже кто-либо зарабатывал своими трудами много — не хвалился своей прибылью: все отдавал в общее пользование, себе брал лишь необходимое для пропитания — только два хлеба». От вступающего в обитель запрещалось даже принимать деньги в пользу монастырей, чтобы он из-за этого приношения не стал бы надмеваться и возноситься перед беднейшими. С удостоенного вступить в братство снимали прежние одежды и облекали в монастырские. Снятая одежда некоторое время хранилась у эконома, пока окончательно не убеждались в его ревности. Если добродетели его становились очевидны, одежду его отдавали нуждающимся. В ином случае — возвращали ему, а монастырские одежды отнимали. Возроптавший и непокорный выгонялся из монастыря.

Итог всему сказанному о внешнем укладе жизни подвижников преподобный Кассиан подводит такой: «Начало нашего спасения и премудрости есть страх Господень; от страха Господня раждается спасительное сокрушение сердечное, а от сего — отречение от мира, т.е. нищета и презрение всех стяжаний; от нищеты происходит смирение; от смирения же происходит умерщвление воли; а умерщвлением воли истребляются все пороки; по истреблении пороков добродетели плодятся и возрастают; при возрастании добродетелей приобретается чистота сердца, а чистотою сердца приобретается совершенство апостольской любви».

Для преподобного Иоанна порядок поведения «внешнего человека» служит только подготовкой, основанием для главного — очищения «внутреннего человека». На этом пути главное место Иоанн отводит добродетели рассудительности. Он всячески восхваляет ее «превосходство, высоту и пользу». Она есть «величайший дар Божественной благодати». Приобрести ее одним человеческим тщанием невозможно. Это как бы некий укрепленный, главный город «между другими добродетелями». И более того — «она есть матерь, хранительница и управительница всех добродетелей».

Рассудительность заключается в исследовании всех мыслей и дел человека, в отстранении всякого зла и неугодного Богу дела. Она учит избирать в подвиге золотую середину — удаляться крайностей с одной и другой стороны, то есть не предаваться чрезмерному воздержанию, но вместе с тем не поддаваться расслаблению, нерадению. В святом Евангелии дар различения называется «глазом и светильником души». Господь говорит: «Светильник для тела есть око. Если око твое будет чисто, то все тело твое будет светло. Если же око твое будет худо, то все тело твое будет темно» (Мф. 6,22–23). Духовная рассудительность, пишет Иоанн Кассиан, это «крепкая пища», свойственная тем, «которые навыком приучили чувства к различению добра и зла». Дар рассудительности или мудрости есть духовная опытность, способная предусмотреть возможные последствия от тех или иных действий или только намерений; есть, своего рода, опытный облагодатствованный хозяин, с умением пользующийся необходимыми средствами и материалом для созидания нашего «внутреннего дома».

Духовная рассудительность является даром Божиим, но и со стороны христианина требуется усилие и тщание к его получению. Приобретается рассудительность истинным смирением, «коего первым оказательством» есть исповедание монастырским старцам не только всех своих дел, но и мыслей, а вслед за этим — полное подчинение их советам. Впрочем, преподобный Кассиан оговаривает, что авва Моисей не рекомендует открывать свои помыслы «кому бы ни случилось», а лишь духовным старцам, не сединами убеленным, а имеющим рассудительность. «Ибо многие, смотря на старость лет и открывая свои помыслы, вместо исцеления, по неопытности духовников впали в отчаяние». «Итак, — призывает преподобный Кассиан, — всею силою и со всем тщанием мы должны стараться смирением приобрести себе благий дар рассудительности, которая может сохранить нас невредимыми от чрезмерности с обеих сторон. Ибо, как говорят отцы, крайности с той и с другой стороны равно вредны».

Однако и достигнув, с Божией помощью, возможных для человека духовной рассудительности и духовного знания и стараясь передать эти дары людям, надо и в этом состоянии быть на страже. Поэтому преподобный Кассиан свои рассуждения увенчивает следующим назиданием. «Итак, — пишет он, — со всей осторожностью, сколько можешь, чтобы не увлекаться любовью к суетной славе, чтобы ты мог быть участником того, кого восхваляет пророк, кто «серебра своего не отдает в рост» (Пс. 14,5). Ибо всякий, кто слова Божии, о которых говорится: «слова Господни — слова чистые, серебро очищенное от земли в горниле, семь раз переплавленное» (Пс. 11,7), преподает по любви к людской похвале, серебро свое отдает в рост, и за эту похвалу не только не заслужит никакой награды, но еще подвергнется наказанию. Ибо он для того хотел расточать сребро Господне, чтобы от этого получить себе временную награду, а не для того, чтобы Господь, как написано (Лк. 19,23), пришедши получил Свое с прибылью».

Сайт "Закон Божий"

Закон Божий


Яндекс.Метрика